Вяткина С.А. Царский путь: между Белой и Елеонской. – Пермь: Пресстайм, 2013 г.

Вяткина С.А. Царский путь: между Белой и Елеонской. – Пермь: Пресстайм, 2013 г.

Книга соединяет в себе увлекательное жизнеописание белогорского игумена Серафима (Кузнецова) и обширный исторический очерк. Имя этого подвижника не числится среди канонизированных Российских исповедников, но в настоящее время широко известно, да и в годы гонений верующие люди тайно хранили его книги и переписывали от руки. Журналисту Светлане Вяткиной удалось собрать неоспоримо выразительные факты, авторский взгляд на которые в научном мире принято трактовать как открытия.
Георгий Кузнецов происходил из многодетной купеческой семьи города Чердынь Пермской губернии. Во время службы в армии он дал обет стать монахом, в 22 года поступил в монастырь. С детства в его душе зародилась любовь к родине, гордость за её славу и готовность не щадя живота служить царю и Отечеству. Всей своей праведной жизнью он явил пример терпения великих скорбей за Христа, при этом не омрачив свою душу ни ропотом отчаяния, ни ненавистью к врагам.

С религиозной точки зрения поддержка самодержавия является свидетельством духовного здоровья народа, ведь отцы Церкви считали монархию самой совершенной формой государственного правления. Связь отца Серафима с царским престолом была гораздо глубже, чем просто чувство долга верноподданного человека. Духовная близость этого края с домом Романовых очевидна потому, что двух мучеников из царского рода убили на Пермской земле, обоих звали Михаилами, боярин Михаил Никитич и Великий Князь Михаил Александрович. Первого выслал из Москвы Борис Годунов, боявшийся Романовых как конкурентов на престол. Спустя три столетия родной брат императора Николая был сослан в Пермь и расстрелян большевиками в 1918 году.

Белую Гору называли Уральским Афоном; Свято-Николаевский Белогорский монастырь построен на пожертвования в конце XIX века в прекрасном месте, указанном знамением креста. На пустынном пространстве среди таёжных лесов выросла сильная монашеская община, слава о ней разнеслась на всю Россию, поток паломников не иссякал. Настоятелем был игумен Варлаам, перешедший из старообрядцев, будущий преподобномученик. Братия скита, в котором начальствовал игумен Серафим, стремились жить по законам иного мира, где простота и аскеза считались необходимыми условиями для достижения духовного совершенства. Монастырь насчитывал более 400 насельников; сейчас в обители, возобновленной в 1990 г., живут несколько человек. Во время бесчинств и хаоса 1918-1920 годов многие белогорцы приняли мученическую смерть, как почитаемые ими Государь с супругой и венценосные дети. Именно уральские города Екатеринбург и Алапаевск, несмотря на любовь и преданность здешнего народа Царскому Дому, навеки омрачены грехом цареубийства.

В 1908 году по благословению игумена Варлаама о. Серафим предпринял путешествие в Святую Землю, наблюдал схождение Благодатного огня, затем посетил Константинополь и Афон. Особенно сильное впечатление на уральского паломника произвело «скромное, протяжное, заунывное пение, означающее стон и вопль души на чужой стороне изгнания, в юдоли плача и скорбей, стремящейся в горние обители…» Повсюду о. Серафим возносил свои молитвы о Святой Руси и Помазаннике Божием. По возвращении батюшку встречали крестным ходом, так как он привёз частицы мощей 53 святых для своей обители и храмов епархии.

Игумен Серафим много писал о монастырях и монашестве, он буквально воспел институт аскетической жизни и братства во Христе. Вслед за святителем Игнатием он повторял, что монашество есть продолжение мученичества. Избранный делегатом иноческого съезда 1909 года, он составил «Монастырский мужской общежительный устав»; выпускал в Пермской епархии журнал «Голос долга», оставивший след в духовной жизни России. О. Серафим активно участвовал в нескольких религиозно-патриотических союзах и обществах, во время Первой Мировой войны служил полковым священником. Но прежде всего он был монахом, молитвенником, пастырем, настоятелем скита. О.Серафим встречался с о.Иоанном Кронштадтским и другими крупными церковными деятелями начала ХХ века.

С Великой Княгиней Елизаветой он познакомился в 1912 году в Москве, а через два года, когда она с другими членами августейшей фамилии посетила Пермский край, игумен Серафим сопровождал царственных гостей. «Жизнь человеческая должна быть подвигом», – писал он в дневнике, ещё не зная, что Господь готовит его к великому подвигу – спасти мощи святых преподобномучениц от глумления и уничтожения. О.Серафим предчувствовал, что война повлечет за собой революцию и крушение великой Российской империи. Незадолго до Октябрьского переворота о. Серафим, встретившись с Елизаветой Фёдоровной, услышал от неё страшные слова: «Если меня убьют, прошу Вас, похороните меня по-христиански». Судьба русской святой, бывшей Гессенской принцессы, началась в знатнейшем доме Германии, а закончилась на дне шахты в России.

Благодаря вступлению в Сибирь армии адмирала Колчака, игумен Серафим поспешил в Екатеринбург, затем в Алапаевск и получил разрешение на извлечение из шахты тел погибших царственных особ. О.Серафим стал прямым свидетелем этого чудовищного злодеяния, а затем, подобно Эсхилу, описал эту кровавую трагедию. Можно вообразить, какой ужас пережил батюшка, увидев мёртвой Елизавету Фёдоровну, которая умиляла всех искренней молитвой, нравственной чистотой, силой веры, любовью к русскому народу. Зверская расправа над невинными жертвами превышала порог человеческой жестокости.

Честные останки мучеников омыли и облачили в белые одежды, уложили в металлические футляры, которые затем поместили в деревянные гробы. Игумен Серафим, зная о желании Матушки быть похороненной на Масличной горе в Иерусалиме, решил исполнить ее волю. Сначала о.Серафим и два послушника сопровождали восемь гробов с телами царских родственников. Товарный вагон продвигался в направлении Читы с отступающей белой армией, преследуемой красноармейцами, анархистами и прочими бандами. При содействии генерала Дитерихса гробы были перевезены в Китай и захоронены на русском кладбище в Пекине, где покоятся и ныне.

Сестра Елизаветы Фёдоровны принцесса Виктория помогла переправить останки мучениц из Шанхая в Египет, а далее в Святую Землю. Последний путь оказался невероятно длинным: он начался в июле 1919 года в Алапаевске, и лишь в конце 1921-го процессия прибыла в Иерусалим. Мощи святых остались нетленными.

Отец Серафим когда-то полюбивший Святую Землю, по Промыслу Божию прожил в Гефсимании 38 лет, до конца своих дней. Конечно, он тосковал по родине, но знал, что той России, которую он любил, не существует. Он за монашеское послушание смиренно принял крест изгнания, продолжая служить Матери Церкви. Мог бы уехать на Афон, в монастырь, но остался хранителем мощей своей небесной покровительницы. Подвижник скончался в 1959 году на 84-м году жизни и был похоронен в Новой Галилее.

Отец Серафим всегда жил в гармонии со своими идеалами, прославляя подвиг монашества, как вершину христианских добродетелей. И душа его никогда не плакала и не отчаивалась от бессилия перед жестокосердием ослеплённых дьяволом людей, так как он помнил о своём призвании. Судьба пермского монаха – пример жертвенной любви для всех нас; он говорил: «Есть только одна сила, которая возносит нас к Богу, – эта сила есть любовь. Пребывая в любви, вы тем самым пребудете в Боге».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *