Соседский петух и Цуцик

Соседский петух и Цуцик

После пожара нам  досаждал визитами соседский петух. Монастырские  куры знают свою загородку и не пытаются проникнуть на территорию, прилегающую к келейным корпусам и храму. А этот нахал с боевым прошлым, о чем свидетельствовали жалкие остатки некогда роскошного хвоста, каждое утро вел к нам свой гарем. Непрошенных гостей нещадно гнали за ограду. Петух, громко возмущаясь, нырял под ворота, а через минуту снова шел в наступление на клумбы и грядки.

Особенно ему нравились рыться возле палатки-трапезной, куда мать благочинная высаживала все новые и новые растения. После завтрака она отгонит петуха подальше и высаживает, тот покряхтит для вида и отведет своих девушек под липы на кладбище. Три удара колокола перед обедом – сигнал уйти с глаз настоятельницы, которая утром громко возмущалась: «Опять ты здесь?! Вон!» и бросала в его сторону что под руку попадет. Но он знал, что никто не будет долго кричать, и вообще матушка сердится понарошке (ей по чину полагается быть строгой, она старается соответствовать),  а после обеденной трапезы все быстренько скроются в кельях, и тогда начнется блаженство. Свежевзрыхленные грядки с нежными стебельками рассады,толпы толстых червяков, ешь – не хочу!

После вечернего правила мать благочинная шла к игумении и категорично заявляла: «Все!!! Больше ни-ка-ких посадок!» Но петух не слышал ни ее воплей, ни ласковых увещеваний стяжевать терпение, смирение, кротость, он дремал вполглаза, опасаясь  проспать полночь, и переминался на натруженных артритных лапах.

 Перепалки с петухом продолжались не день и не два. Наконец, сестры почти смирились с разоренными грядками, особенно после того, как обнаружили под прикорневыми отростками лип 18 куриных яиц. Но тут наглец придумал новую каверзу: повадился долбить острым клювом дверцу черного автомобиля, на котором приезжал очень хороший человек, взявший на себя труд после пожара руководить восстановительными работами в монастыре.

Конец наступил нежданно-негаданно. В одно прекрасное утро у входа в трапезную появился черный  щенок-подросток, неухоженный, худой, но веселый. Покрутился, выпрашивая поесть. Покормили. Миска опустела в полсекунды. Добавку не дали, и гость потрусил за сестрами до келлий. Тут-то и наступил конец петушиным бесчинствам.

Худосочный щен, к  которому успела приклеиться кличка Цуцик, увидел петуха возле храма и погнал. Вместо того, чтобы лететь к открытым воротам, петух кинулся к бетономешалке, вляпался в пролитый раствор, чем усугубил свое положение. Благородный Цуцик – лежачего не бьют! – облаял перепуганный гарем и выпроводил за ворота.

Цуцик не возгордился победой, даже  не попросил гонорар, добыл его сам. Сестры видели, как щенок принес в зубах яйцо, положил на землю и выпил содержимое. Аккуратно расколупал  и выпил!

Петух переживал свое фиаско вне монастырской ограды. Исчез и Цуцик.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *